cover

Скачать последний номер
PDF
JPG
Архив номеров
Интересное в номере
Общество
Раз, два, рептилоид заберет тебя
Событие
Проект на вырост
16/04/2012

Г.ЙОЛЕВСКИ. Надо бы чувствовать сердцем


Г.ЙОЛЕВСКИ. Надо бы чувствовать сердцем

Македонский театральный режиссер Георгий Йолевски рассказал обозревателю PULSE, в чем смысл искусства, и о том, что у художника должна быть гражданская позиция:

Вы выбрали для постановки в Театре Комиссаржевской пьесу «Синяя комната» Дэвида Хэйра, современного драматурга. Отчего же не более ранний, написанный Артуром Шницлером в 1897 году?

— Все просто. Дэвид Хэйр один из моих любимых авторов. Каждый раз, когда выходит его новая пьеса, это означает, что выбранная тема актуальна,  точно отражает время и мир, в котором он живет. Шницлер, несомненно, опередил свое время. Его пьеса «Хоровод» была запрещена после первой же постановки. Речь-то там идет о ложной морали.

Хэйр рассказывает о сегодняшней ложной морали, об одиночестве и тоске, которые испытывает современный человек. Цепочка контактов замыкается, когда встречаются Аристократ и Девушка. То есть тот, кто на высшем социальном уровне и тот, кто на нижнем. И одновременно нам говорят о масках. У человека ведь один характер, но много личин. Мы пытаемся представить себя такими, какими не являемся. И теряемся в пространстве и времени, в которых живем.

— Самый известный спектакль по этой пьесе — Сэма Мендеса. Все роли там играли два актера. Вы решили отказаться от этого хода и взяли на каждую роль отдельного исполнителя. С 12-ю актерами проще донести авторскую мысль?

— Мендес заказал эту пьесу Хэйру. Там не указано, что должны играть два исполнителя. Но схема используется часто. Я же вижу иначе. Текст и характеры здесь многовариантны. Герои в каких-то особо острых обстоятельствах. Они надевают на себя маски и показывают себя через них. Маски множатся. Что напоминает многоглавое чудовище.

—То есть личности внутри человека множатся?

— Да. Речь идет, в конце концов, о минимальной потребности человека защититься, скрываясь за личинами. И здесь встают главные вопросы — от чего хотят защититься и скрыться? Почему не хотят открываться? Кто виноват?

— Так может и открывать нечего? Может, кто-то пуст внутри?

— О, ответ на это там, высоко над нами. Эта тема постоянна: общество ли виновато в том, что люди так себя ведут? Дальше: какое положение мы занимаем. Затем вопрос коммуникации или не-коммуникации. А в итоге думаешь: «Что ж за монстры-то нас окружают!? До чего ж мы напуганы, что не можем открыть глаза и посмотреть вокруг!» И не улавливаем того, что происходит внутри нас.

— То есть мы не слушаем себя?

— Я говорю больше про сердце. Надо бы чувствовать сердцем, а не головой. У всех есть потребность в любви, и она вечна. Люди постоянно находятся в поисках любви. А разум требует найти ее быстро. Оттого и сексуальные отношения начинаются моментально. И если вы думаете, что таким образом решили этот извечный вопрос, то очень ошибаетесь.

— Вот мы подошли к вопросу об одиночестве и тоске. А эта проблема может хоть как-то разрешаться? Сегодня коммуникация, как мне думается, нарушена. Есть средства связи, интернет, и оттого возникает лишь имитация общения.

— Вы очень изящно сформулировали эту проблему. Это же проблема свободы. О ней писали великие мыслители, историки, ученые. И это, наверное, не будет разрешено до скончания века. У Достоевского в «Братьях Карамазовых» в главе о Великом инквизиторе заходит речь о свободе: сможет ли человек вынести ее бремя. Прежде чем почувствовать себя свободным, нужно сломать преграды, которые ставит система. И потом он должен сломать барьеры внутри себя, делающие его несвободным. Нужно работать над тем, чтоб разум не заглушал чувства. Это большой труд!

— Другая тема: вы, возможно, слышали о списке доверенных лиц Владимира Путина. Как Вы относитесь к тому, что известные деятели культуры поддерживают действующую власть?

— В нашем мире человек ангажируется разными способами. Каждое действие, на самом деле, это политический акт. Можно сказать, что каждый спектакль есть политический акт. Главное для художника — творить. Что не мешает иметь конкретные политические убеждения. Но делая этот выбор, он должен понимать, как это отразится на его зрителях и на мнении о нем. В картине Иштвана Сабо «Мефисто» герой Брандауэра, стоя в свете прожекторов, произносит фантастическую фразу: «Я всего лишь актер!»

— То есть вы не считаете, что люди искусства должны заниматься лишь своим делом, да? Свою гражданскую позицию стоит обозначать и им?

— Разумеется! Ведь актер, режиссер, драматург не только творец, а все же и гражданин. А гражданин не может закрывать глаза на то, что зовется реальностью. Художник занимается искусством, но не может работать, если у него нет личного взгляда на разные вещи. Это невозможно! Следует понимать, как все устроено изнутри. И высказываться! В этом ведь и есть смысл самого искусства. Иначе отпадает надобность в кино, театре, живописи, других искусствах. Нельзя говорить о чем-то отрицательном, а самому от этого отстраняться. Художник должен участвовать в процессе, но именно в художественной форме.

— Например, в Македонии деятели искусства митингуют вместе со своими зрителями? И возможен ли диалог между творцами и обычными людьми — зрителями — вне художественного пространства? Поймут ли они друг друга?

— О, это идеальная ситуация! Македония — маленькая страна, которая находится в переходном состоянии свыше 20-ти лет. От коммунизма к капитализму. После крушения Берлинской стены весь восточный блок пошел в эту прекрасную в кавычках демократию. Переходный период для меня словно туннель, и света в конце я не вижу.

Pulse.ru

ОБСУЖДЕНИЕ

Комментариев к данной записи еще нет
Ваш комментарий может стать первым
Добавить комментарий